«[Возражение:] Пусть в случае далёкого и близкого и т. п. [признаётся] тот же самый объект, ибо он равно пригоден для причинного действия, определяемого познающим. Но в случае внешнего и внутреннего — как [он тот же]? Ведь внутренний [объект] непригоден для причинного действия, определяемого познающим [как принадлежащее внешнему]». — Чтобы разбить это заблуждение, [Утпаладева] говорит:»
«Причинная действенность объектов не является врождённой» (arthakriyā api sahajā na arthānām) — здесь [та] причинная действенность (артха-крия), которая в карике 8 — «быть следствием и причиной, теплота» — была причислена [к естественным свойствам] словно одно из них, вовсе не входит в врождённое собственное естество (сахаджа-сварупа) объекта.
«Она определена волей Владыки» (niyatā sā īśvarecchayā) — ибо её производящая сила определена (нияма) волею Ишвары как в бытии (бхавана — внешность), так и в небытии (абхавана — внутренность).
«Поэтому из её несовершения не должно возникать [мысли об] инаковости» (tena asyāḥ akriyātaḥ anyatā na bhavet) — поскольку она (артха-крия) не есть [собственное] естество, постольку из несовершения её [внутренним объектом] не должно подозревать инаковость [объекта]; ведь инаковость мыслима лишь при различии естества, а причинная действенность естеством не является, — это сказано и будет сказано многократно. Естество же — единое, силою само-осознавания (пратьявамарша), даже в [случаях] внешнего, внутреннего и прочего.
«Врождённая» (сахаджа) — независимая от чего-либо иного; «в бытии» — во внешности, «в небытии» — во внутренности.
«Инаковость» (аньята) — либо не-вещественность, либо бытие иной вещью. Смысл: причинная действенность внешнего горшка и прочего — даже при её отсутствии, [когда объект внутренний], — в силу зависимости от воли и нияти Ишвары не влечёт инаковости объекта.