«Если бы в знании-памяти истинно светило переживание, а через него — его предмет, тогда было бы место сказанному тобою [сиддхантином]. Но поскольку память по природе есть викальпа (различающее представление), она определяет (adhyavasyati) лишь то, что вовсе не светит, — [прежнее] переживание и его предмет; потому она по природе есть заблуждение (бхранти). К чему же здесь [твоя] настойчивость?» — Это [возражение автор] излагает как предмет сомнения.
Ни то [прежнее] видение, ни его предмет не суть предмет памяти; и всё же оба определяются [ею], поскольку память по природе есть заблуждение (бхрама). Это [возражение автор] опровергает [заключительными словами] «тад этад асаманджасам» (тут всё несостоятельно).
Строй сложного [слова] допускает [разные] разъятия: [память —] «та, чей предмет не есть переживание и его предмет»; или «та, чей предмет — несуществующее либо [чистое] пространство Я»; или «та, чьим предметом не является ни этот объект, ни [самое] переживание».