Последняя строка молитвы бодхичитты гласит: «я пробужу ум — четыре безмерных». Этими словами выполняют предварительные практики. Думая, что предварительные практики предназначены для начинающих и не особенно значимы, некоторые отбрасывают их или выполняют небрежно. Первостепенное значение они придают так называемой основной практике стадий зарождения божества. По этому поводу Защитник Джигтен Сумгён сказал: «То, что для других не глубоко, здесь глубоко».[6]
Верно, что стадии зарождения — основа обретения тела божества. Если вы желаете обрести лишь облик божества, следует медитировать только на стадиях зарождения. Садхакам стоит подумать, надеются ли они осуществить божество мёртвое или живое. Поскольку труп ничего не способен совершить, желающие осуществить живое божество должны обладать жизненной силой любви и сострадания.
Таким образом, предварительные практики, по-тибетски нёндро, не отличаются от прибежища и бодхичитты. На самом деле предварительные практики прибежища, Ваджрасаттвы и тому подобного, в которых практикующие накапливают сотни тысяч повторений, имеют единственную цель — укрепить в уме прибежище и бодхичитту.
Если практиковать, не развивая бодхичитты, удастся осуществить лишь частичные добродетели тела, речи и ума и тем самым создать причины для временного счастливого результата — рождений в трёх высших мирах. Однако для достижения окончательного результата, состояния будды, необходимо устранить цепляние за «я» и расширить мудрость, постигающую недвойственность себя и других. Бодхичитта глубока, поскольку способна осуществить этот окончательный плод. Даже если человек неграмотен и совершенно ничего не знает о визуализации и повторении мантр, при наличии любви и сострадания он будет дорожить божеством и верить в него или неё. В то мгновение, когда возникает сострадание, обретается ум божества — ум просветления. Если бы днём и ночью без перерыва единственной нашей мыслью было, как принести благо чувствующим существам, сиддхи божества были бы действительно, явственно совсем рядом. На этой основе осуществляется истинное божество.
Чтобы породить бодхичитту, необходимо выполнять четыре тренировки, известные как четыре безмерных. Во-первых, безмерная любящая доброта — самое важное. Если хорошо развить её в потоке ума, так что она станет всеохватывающей, безмерное сострадание возникнет само собой. В целом то небольшое сострадание, которое есть у нас, обычных существ, коренится в привязанности и потому обращено лишь к немногим близким и дорогим нам людям. Чтобы преодолеть этот изъян, практикующим следует думать так: «На протяжении моих бесчисленных рождений в круговороте существования каждое чувствующее существо когда-то было моим добрым родителем. Все те существа, на которых я опирался, теперь должны стать объектами моего сострадания».
Например, в этом собрании много людей. Одни знакомы, другие незнакомы. И всё же к незнакомцам следует испытывать такую же беспристрастную сердечную теплоту, как к старым друзьям. Поддерживая такой взгляд, мы будем чувствовать большую близость и доброжелательность даже к тем, кого встречаем впервые. Такова сила любящей доброты.
Владыка Будда учил, что любящая доброта драгоценнее даже солнца. Почему? Когда кто-то страдает, одни солнечные ванны не могут принести ему или ей облегчения: солнце способно согреть лишь тело. Однако если этому же человеку позвонит кто-то любимый, простой разговор может принести огромное облегчение. Даже небольшое проявление любви обладает великой силой облегчать страдание. Если любовь одного человека столь могущественна, как же постичь силу любви будд, которая беспристрастно охватывает всех чувствующих существ?
Хорошо обдумав это, можно развить веру и преданность, которые вдохновят развивать любящую доброту. Когда есть любовь к другим, легко быть терпеливым. С терпением легко приходит медитация. Иначе, если просто читать молитвы прибежища и бодхичитты, испытывая отвращение к сидящему рядом человеку, возникает противоречие между словом и делом. Такие изъяны практики могут стать причинами рождения в низших мирах. Поэтому, чтобы любовь и сострадание развились полностью, необходимо научиться радоваться удаче других. Любовь должна быть свободна от пристрастности и предвзятости к существам. Если вы можете пребывать в погружении беспристрастной любящей доброты до тех пор, пока из глаз не польются слёзы, тогда можно начинать порождать подлинное сострадание.
В целом сострадание бывает двух видов. Первый — невыносимое, самоутверждающееся сострадание, которое можно пережить, например, созерцая боль и страдания другого с двойственным цеплянием. Его можно видеть в некоторых религиозных традициях, где практикующие порой теряют рассудок, порождая сострадание на основе цепляния за воспринимаемые объекты как за реальные и истинные. Этому противоположен второй вид сострадания — сострадание четырёх безмерных. Для практикующих Буддадхарму настоящая цель — непостижимо обширное сострадание, единое с пустотностью, при котором постигают, что все существа, как и их бесчисленные страдания, лишены самобытия.
Далее, поскольку каждое чувствующее существо в самой своей основе наделено природой будды, каждое может достичь состояния будд. Поэтому, как бы велики ни были заблуждения и страдания существ, каждое чувствующее существо без исключения изначально обладает причиной состояния будды. Уже одно понимание этого порождает безмерную радость — третье из четырёх безмерных.
Наконец, равностность обычно описывают как беспристрастный ум, который не дорожит одними и не отстраняется от других. Хотя это ясное объяснение, настоящий смысл безмерной великой равностности происходит из понимания того, что в конечном счёте будды и чувствующие существа нераздельны. Это подлинная равностность с глубокой точки зрения тайной мантры, укоренённой в недвойственности сансары и нирваны. Её понимание порождает глубоко радостный ум безмерной равностности.
Развитие этих четырёх безмерных — порождение драгоценной бодхичитты, необходимой на всех путях. Единственная причина любого страдания — цепляние за «я», единственное противоядие от которого — намерение приносить благо другим. При правильной практике такой альтруизм исполняет наставление Владыки Будды: «Полностью укроти свой ум».[7]
Чтобы сберечь порождённую бодхичитту, благие друзья прошлого учили, что практикующим следует избегать исследования двух вещей, поскольку они усиливают разделение между собой и другими. Во-первых, нельзя рассматривать собственные достоинства, поскольку это причина гордости. Во-вторых, нельзя пристально разбирать чужие недостатки, поскольку это ведёт к отвращению и осуждению. Ум, осуждающий других, равносилен нравственному поражению. Напротив, всякий раз, когда мы почитаем других, само почтение порождает превосходные качества — как собачий зуб, явивший драгоценные реликвии благодаря вере старой женщины.[8]