Чтобы понять посвящение, сначала нужно понять, что такое самостоятельность.*2 В целом, с точки зрения мирских систем, те, кто живёт в свободном демократическом обществе, обладают большой независимостью. Однако такие места свободны лишь с временной, внешней точки зрения. В этих странах большинство людей живёт в достатке и счастье, но меньшинство страдает от бедности, голода, нестабильности и тому подобного, не имея возможности от этого избавиться. Таким образом, эти люди не обладают самостоятельностью, хотя и живут в свободных обществах. Даже те существа, которые не подвергаются социальным и экономическим опасностям, всё же сталкиваются с тяготами старения, болезни, смерти и с тем, что их неудержимо влечёт к различным рождениям в круговороте бытия. Причина в том, что, сколько бы удовольствий мы ни испытывали, пока мы не обрели самостоятельность в самом корне, мы не в силах избежать страданий. В этом смысле нас называют зависимыми.
С точки зрения подлинной духовной системы — Буддадхармы — самостоятельность состоит в свободе достичь счастья. Мы осуществляем это, обретая по пути рождения в трёх высших мирах — людей, полубогов и богов, — а в конечном счёте достигая состояния будд.
Это происходит прежде всего благодаря самообладанию, то есть власти над собственным умом. Под влиянием цепляния за «я» все живые существа сансары попадают под власть омрачений. Так они неудержимо накапливают карму, следствием которой становятся всевозможные страдания, возникающие, пока они непрестанно блуждают в круговороте бытия. Поэтому омрачения — страсть, отвращение, заблуждение и прочие — следует понимать как зависимости. Скованные заботой об иллюзорном «я», существа зависимы, то есть находятся под чужой властью. Не кто-то другой навязывает нам страдание; просто под влиянием цепляния за «я» мы не можем избежать омрачений и возникающих из них страданий.
Об этом Нгульчу Тхогме Зангпо говорит в «Тридцати семи практиках бодхисаттв»: «Все без исключения беды произошли от желания собственного благополучия».[3] Итак, всякое страдание проявляется из цепляния за представление о «я». Из цепляния за «я» возникают страсть, отвращение и заблуждение, посредством которых мы накапливаем причины рождения в трёх низших мирах.
С другой стороны, в «Тридцати семи практиках» сказано: «Совершенные будды родились из альтруистического ума».[4] Это означает, что все будды обрели независимость сострадания и бодхичитты, прежде освободившись от цепляния за «я». На этой основе они узрели подлинную, истинную реальность, распознав, что пять ядов омрачений — (1) страсть, (2) отвращение, (3) заблуждение, (4) гордость и (5) ревность — по своей природе являются пятью мудростями.
Намереваясь обрести такую же самостоятельность, практикующие Дхарму взращивают альтруистический ум. Всякий раз, когда у нас есть намерение приносить пользу другим, мы естественным образом соблюдаем нравственную дисциплину, служащую причиной человеческого рождения. Всякий раз, когда присутствует альтруистический ум, мы практикуем щедрость, которая становится причиной обретения богатства и средств к жизни. Обладая альтруистическим умом, мы сами собой взращиваем терпение, освобождающее от голода, бедности и тому подобного. Таким образом, первые три из шести запредельных совершенств — щедрость, нравственная дисциплина и терпение — естественные качества любящей доброты. Они спонтанно присутствуют в любящем уме. Они приносят самостоятельность, позволяющую по пути обретать рождения в трёх высших мирах богов и людей.
Кроме того, взращивая спокойное пребывание в сочетании с любовью и состраданием, мы освобождаемся от цепляния за «я». Это спокойное пребывание соответствует пятому запредельному совершенству — медитативному погружению. Затем благодаря воззрению особого прозрения, которое является природой шестого совершенства, различающего разума, мы в конечном счёте достигнем состояния будд. Чтобы обрести спокойное пребывание и особое прозрение, необходимо усердие — четвёртое совершенство, которое называют спутником остальных пяти. Сколько бы Дхармы мы ни изучали, без усердия мы не сможем обрести никакого плода. Таким образом, благодаря этим шести запредельным совершенствам практикующие Колесницу бодхисаттв достигают освобождения постепенно, на протяжении многих жизней.
Что касается быстрого пути, отличительная особенность тайной мантры в том, что она позволяет обрести самостоятельность ума посредством бодхичитты, служащей прямым противоядием от цепляния за «я». Эта самостоятельность бывает трёх видов: внешняя, внутренняя и тайная.
Облик главного божества, свита и мандала — естественный способ пребывания кай и чистых земель будд. Поэтому внешняя самостоятельность, или посвящение, возникает, когда с ними знакомят как с опорами для стабилизации медитации.
Далее, когда благодаря взращиванию альтруистического намерения мы одерживаем победу над цеплянием за «я», мы обретаем самостоятельность бодхичитты. Это внутренняя самостоятельность, или посвящение.
На этой основе мы постигаем, что совокупности (скандхи), элементы (дхату) и сферы чувств (аятаны) потока тела и ума были чисты с самого начала. Это обретение чистого восприятия тайной мантры и есть тайная самостоятельность, или посвящение.
Поскольку после получения посвящения у тех, кто взращивает бодхичитту, всё ещё остаются привычные склонности на внутренних уровнях тела и речи и на внешних уровнях форм и звуков, в качестве противоядия от таких отпечатков преподаётся йога божества. Таким образом, власть над телом достигается посредством практики стадий зарождения божества-йидама, власть над речью — посредством начитывания мантры с испусканием и собиранием лучей света, а власть над умом — посредством бодхичитты. Благодаря этим средствам мы постигаем, что наши собственные трое врат — тело, речь и ум — нераздельны с просветлёнными телом, речью и умом чистого божества.
Так мы достигаем счастья и свободы от страдания не только для себя. Став равным просветлённым, медитирующий будет являть чудесные проявления трёх кай будд до тех пор, пока сама сансара не опустеет. Такое осуществление блага своего и других — смысл достижения плода состояния будды за одну жизнь. Вот насколько глубока и значима самостоятельность бодхичитты, обретаемая посредством посвящения тайной мантры.