Среди всех религиозных учений, что распространены на земле, учению о недвойственности (адвайта-вада) принадлежит высшее место. Все учения находят прибежище в прохладной тени адвайта-вады; все служат ей. Рассмотрев все писания Веданты, легко понять, что суть Веданты — недвойственность. Тех же, кто, считая двойственность истинной, соответственно наставляет других, порицать нельзя; ибо адвайта весьма глубока и не сразу постижима для человеческого разума; для всех таких начинающих искателей учение о двойственности (двайта) благотворнее. Как ребёнок воображает пятна на чистом небосводе, так сторонники различия воображают истинное различие между тем недвойственным Высшим Атманом (Параматмой) и дживой и мирозданием (прапанчей); но если все такие люди, приняв сторону двойственности, будут совершать предписанные действия, то однажды станут способны понять величие адвайты. Хотя адвайта-вада была распространена и в глубокой древности, всё же именно Вьясадеву — Джагадгуру, разделившего Веды и составившего «Веданта-сутру», Пураны и прочие писания, — должно назвать адвайта-вадином. Бхагаван Гаудапада — питатель этого учения, а Бхагаватпада Шанкарачарья лишь широко его распространил. Это знание недвойственности и есть знание истины (таттва-джняна), единственное средство обретения освобождения. Речением «Знанием истины достигается высшее благо» бхагаван Акшапада тоже воспел таттва-джняну как средство освобождения. Джагадгуру Шри Шанкарачарья, проповедав это знание истины, проложил широкий путь к освобождению.
Хотя суть кармического раздела Вед (карма-канды) — в действии, суть раздела знания — Веданты — в недвойственном Брахмане. Все речения Веданты устремлены к утверждению адвайта-вады. Не обретя милости наделённого различением и бесстрастием Шри Гуру и Бога, невозможно постичь, что Атман пребывает как единый и единственный, вечный и всеобщая опора. Поистине Атман един, а не множествен. Один и тот же Атман во множестве умов является многообразно. Стало быть, джив бесчисленное множество; Атман же не множествен. Один и тот же Атман, как бы разделённый ограничениями тел, пребывает во множестве тел, словно приняв в них различие. Когда зажигают или гасят один светильник, другой светильник от этого не загорается и не гаснет; так и от связанности или освобождения одного не наступает связанности или освобождения другого. Ум в каждом теле различен; стало быть, различны и счастье, страдание, скорбь, мучение, рождение, смерть и прочее. Но Атман един и единствен; это недвойственное ведийское учение ничему не противоречит.