Единый и не имеющий второго Брахман, в силу причинно-следственного отношения, облекается двумя видами ограничивающих условий (упадхи) — как джива и как Ишвара. По причинному аспекту возникает упадхи внутреннего правителя, Ишвары (антарьямина); по действенному, следственному аспекту — упадхи дживы, обозначаемой словом «я». Оставаясь недвойственным (адвайта), Брахман из-за причины и следствия является взору как бы двойственным. Средство устранить эту видимость двойственности — вивека, различение. Когда в дживе пробуждается различающее знание, упадхи в образе дживы и Ишвары исчезают, и остаётся лишь чистое Сознание. Это оставшееся чистое Сознание и есть недвойственный Брахман. Обретя такое знание недвойственного Брахмана, человек освобождается от уз мирского бытия (сансары).
Только знание уничтожает неведение (авидью) — оно единственное средство освобождения. Надеяться достичь освобождения делами (кармой) или знанием, соединённым с делами, совершенно невозможно. Ибо между неведением и действием нет никакого противоречия, а потому действие не способно уничтожить неведение. Джива рождается благодаря карме и благодаря карме же гибнет; этот поток рождений и смертей есть плод кармы. Действие есть порождение неведения и неведением же взращивается. А то, что взращивается чем-либо, никогда не может быть им же и уничтожено; то, что пребывает вместе с чем-либо, не бывает его устранителем. Из неведения рождается действие. Приписывая вечно чистому, пробуждённому по своей природе Атману свойства брахманства и прочее, человек берётся за подобающие брахману дела, — стало быть, именно неведение есть причина действия. Раз действие рождено неведением и неведением взращивается, то как может оно устранить неведение? В мире мы видим: что от чего-либо рождается или чем-либо возрастает, то не бывает его губителем. Невозможно и соединение (самуччая) знания с действием — как невозможно соединение света и тьмы. Свет и тьма — вещи взаимно противоположные: где появляется свет, там гибнет тьма. Значит, свет есть причина гибели тьмы, и оттого между светом и тьмой существует взаимная противоположность. Точно так же и здесь: как только является знание, тотчас гибнет неведение; стало быть, знание есть причина уничтожения неведения — одновременное пребывание обоих вместе невозможно. Действие же и неведение пребывают вместе. А то, что пребывает вместе с чем-либо, не может быть ни уничтожаемым им, ни его уничтожителем, — следовательно, у действия нет способности ни уничтожать неведение, ни быть уничтоженным им; одно лишь знание уничтожает неведение.
Как между тьмой и светом, так между неведением и знанием наблюдается взаимная противоположность; стало быть, ничем иным, кроме знания, неведение уничтожено быть не может. Поэтому разумный человек ради уничтожения неведения будет обретать знание. А это знание рождается лишь из различения Атмана и не-Атмана — тела и прочего, — и никаким иным путём. Потому ради обретения знания надлежит рассуждением различать Атман и не-Атман, чтобы разрушился тот узел, что состоит в принятии не-Атмана за Атман. Познать истинную природу (сварупу) Атмана и постичь Его отдельно от не-Атмана — это и есть атма-анатма-вивека.