Чрезвычайно глубокая стадия завершения Ваджракилы выражена в следующих строках:
Божественные сонмы всепроникающей милости сливаются с природой — сферой пяти светов. Ясное совершенное наслаждение, радужный свет, существа и мир-вместилище теперь растворяются в безбрежном просторе дхармакаи.
Подобная небу дхармакая — невыразимый ум, превосходящий описание и понятия. Хотя пространство пустотно, его пронизывает обширная любовь. Слова «божественные сонмы всепроникающей милости» означают, что подобные радуге божества мудрости самбхогакаи спонтанно появляются из дхармакаи и силой любви и сострадания проникают повсюду. Поэтому дхармакая — сторона пустотности, а самбхогакая — сторона ясности.
Эта строфа указывает на подлинное осуществление божества, наделённого знающей мудростью, любящим состраданием, деяниями просветлённой активности и действенной силой, дающей защиту. Его облик видим, но невещественен, подобно радуге.
Знание проявляется как всеведущая мудрость, постигающая страдания всех других. Любящее сострадание спонтанно возникает ко всем, кто ещё не постиг природу ума. Деяния просветлённой активности — способность божества уничтожать цепляние тех, кто ему молится. Действенная сила исходит из альтруистического ума, преодолевающего цепляние за «я». Могучий альтруизм божества утверждается через союз безмерного сострадания с ригпа. Когда это понято, возникает уверенность. На этой основе вера и убеждённость в причине и следствии становятся непоколебимыми.
Строку «сливаются с природой — сферой пяти светов» следует понимать так: всегда присутствующие в небе божества самбхогакаи непрерывно возникают из пространства и растворяются обратно в нём. Когда бы мы ни вспомнили о божествах, они присутствуют. Если они нужны нам сейчас, они здесь прямо сейчас. На самом деле они непрерывно пронизывают всю подобную пространству дхармакаю, проявляясь как подобные облакам самбхогакаи, из которых появляются подобные дождю нирманакаи. Так без усилия или искусственного построения три каи естественно и спонтанно возникают друг из друга и вновь растворяются друг в друге.
Защитник Джигтен Сумгён выразил это в одной из своих ваджрных песен: «Без центра и границ ты пронизываешь все явления в безбрежном небе, славной сфере Дхармы».[44] Таким образом, нет места, которого не пронизывала бы дхармакая, включая нашу собственную природу будды.
Во время собирания визуализации стадии зарождения, появившиеся подобно радугам, просто возвращаются к своему источнику. Следует обратить взор внутрь, к сущности ума. Благодаря этому все эти радужные явления божественных сонмов самбхогакаи — вся мандала божества — естественно растворятся в главном божестве, которое затем растает в радужном свете и исчезнет в небе дхармакаи. Обнажённо глядя на ум, свободный от мысли, мы увидим, что между умом и пространством нет различия.
Иными словами, божество подобно волне самбхогакаи, поднявшейся из безбрежного океана дхармакаи. На стадии завершения божество стадии зарождения мгновенно возвращается, сливаясь с местом своего происхождения. В просторе дхармакаи все божества едины. В просторе самбхогакаи разные божества поднимаются, словно волны, чтобы совершать различные деяния на благо существ. Это внешний уровень понимания.
На внутреннем уровне этому соответствует следующее: когда ум смотрит на себя, все явления растворяются в воззрении. В тот миг, когда возникают мысли и омрачения, они распознаются благодаря внимательности. При распознавании они исчезают. Когда мы видим действительное состояние ума, оставаясь в глубине килы изначального осознавания — ригпа, каждая мысль укрощается сама собой. Хотя возникающих состояний ума многие десятки тысяч, природа у всех лишь одна. Метод покорения одного из них — метод покорения их всех. Подобно великому огню, пожирающему всё, это главная из четырёх кил, подлинный Ваджракумара. Так и зарождение, и завершение — ум; различие в излучении или обратном слиянии.
Что касается строки «ясное совершенное наслаждение, радужный свет», писания говорят о «бхагаване будде — воплощении трёх кай».[45] Все будды одинаковы в том, что стали нераздельны с пространством. Подобно отблескам алмаза в солнечном луче, самбхогакаи спонтанно проявляются как будды пяти семейств. Их различные цвета возникают как естественные формы пяти мудростей. Слова «совершенное наслаждение» указывают на их подлинную сферу чистого поля — неразрушимые, подобные радуге ясность и пустотность.
Обычно мы думаем, что явления этой человеческой жизни реальны, тогда как чистые сферы должны быть невещественны. Это великое заблуждение! Завтра, когда мы умрём, от явлений этой жизни не останется совершенно ничего, кроме уз нашего цепляния за внешний мир-вместилище и населяющих его существ как за реальные и истинные. Подобно радугам, все явления составны и непостоянны по природе. В тот миг, когда тело и ум разделятся, сознание бардо предстанет в своей подобной радуге естественной форме.
Последняя тибетская строка собирания — «nö chü chö kü long du-o», что означает:
…существа и мир-вместилище теперь растворяются в безбрежном просторе дхармакаи.
Хотя обычно мандалу растворяют поэтапно, в этой практике также уместно в единый миг собрать всё явленное и существующее в сферу Дхармы, подобно тому как уместно за один миг вызвать появление полной мандалы из пустотности.
Это указывает на абсолютное отсутствие собственного существования у нас самих, других, мира-вместилища и населяющих его существ — всё это не что иное, как мандала йидама. Когда все эти явления растворяются в дхармакае, мы распознаём вещи такими, каковы они есть на самом деле. Непосредственно переживая неконцептуальный ум, мы будем воспринимать все явления как нераздельные с пространством. В тибетском в конце этой строки стоит заключительный звук «о», указывающий, что между растворяющимся и тем, в чём оно растворяется, нет различия. Воспринимающий ум и воспринимаемое недвойственны. Это союз явленности-пустотности в самой основе. Поэтому сказано:
Это изначальное осознавание чрезвычайно тонко и равно пространству, ваджрной сущности. Это покой, предельная граница незапятнанности. Хотя ты — ты сам, ты также и свой отец.[46]
Здесь слова «чрезвычайно тонко» относятся к состоянию, в котором ум, явления и пространство невозможно различить. Поскольку ум — и воспринимающий явления, и само воспринимаемое явление, объект и его источник едины. Поскольку и видящий, и видимое — ум, ребёнок также является отцом. В подобном небу просторе ума нет ни цепляющегося ума, ни объектов цепляния. Таков смысл недвойственности. С таким постижением единства достигают уровня ваджрного мастера — уровня Ваджрадхары.